ya_parazit устроила мне допрос с пристрастием. Постараюсь ответить более-менее честно. Вопросы были следующие:

1. Если бы ты стала бессмертной, с какого поступка начала бы свою карьеру?

Как человек с "комплексом времени", перестала бы наконец беспокоиться, что делаю недостаточно и ничего не успеваю, и зажила бы в свое удовольствие. А первым поступком, довольно глупым, стал бы прыжок с небоскреба. Всегда было любопытно, что это за ощущение - прыгнуть в пустоту, разбиться, а потом встать и идти.

2. Тебе есть за что стыдиться?

Да. Я слишком многое позволяла себе в жизни, и некоторых моих поступков мне следовало бы стыдиться. Но я не всегда стыжусь. =)

3. Где купить измеритель ума? :-)

Там же, где философский камень. =)

4. Что тебя поражает в Париже больше всего?

То, что он меня больше не поражает. =)

5. Твой идеал мужчины.

Как написала сегодня в жж одна девушка, и это поразило меня в самое сердце, потому что давно не ощущала ничего подобного: "я люблю того, кто любит меня. кто всегда обнимает при встрече так,как никто другой. кто всегда знает, что сказать.кто ни разу не вызвал моих слез. кто любит именно те платья, которые ношу я". В принципе, достаточно и первой фразы в этом чертовски верном пассаже. =)

Пы. Сы. Если кому нужны подобные допросы, скажите, придумаю что-нибудь, что можно спросить лично у вас.

- Взвесьте мне, пожалуйста, два килограмма бананов.
- Бананов у нас нет. Но я могу дать вам один совет.
- Мне не нужен совет, мне нужны бананы. Разве это не продуктовый магазин?
- Еще раз повторяю, бананов у нас нет. Но я могу дать вам один совет. Если вам действительно нужны бананы, поезжайте в Аргентину. Это страна бананов. А у нас Страна Советов.
(Старый несмешной анекдот).

Никогда не пойму, почему, когда мужчины спрашивают меня о проблемах и я отвечаю спокойно, но твердо "c'est pas tes affaires или it's not your business (это не твое дело), я способна (привыкла) решать все самостоятельно", они как правило бесятся (как же так: мне не доверяют, мной пренебрегают!), но если откроешь рот, чтобы все-таки рассказать о своих бедах, то вместо того, чтобы схватить в охапку, умчать на край света, спасти или хотя бы позволить уткнуться носом в жилетку и укрыть на несколько мгновений от всего мира, предпочитают долго и монотонно рассуждать, как бы они поступили на моем месте, или как они были на моем месте, или как мне нужно бороться и какая я сильная женщина, болтливые, пустословные идиоты, трясущие кулаками, разглядывая чужую драку по телевизору! Лучше бы уж молчали, ей-богу! Я, конечно, люблю мужчин за все их прочие достоинства, но ненавижу эту их потребность давать советы с готовностью престарелой проститутки, разменивающей свой опыт при первом удобном случае. 

Мужчина! Когда ты видишь, что женщина почти плачет от того, как все погано, и хочет, чтобы ей сделали чай (обняли, занялись с ней любовью и отвлекли - беру не свой конкретный случай, а вообще), черт возьми, если она согласилась доверить тебе это, значит, она рассчитывает если не на помощь конкретную, то на понимание и сочувствие, отключи свой рациональный ебучий мозг, отключи его, пожалуйста, и стань если не человеком, то хотя бы не справочным автоматом.

Иначе это и вправду не твое дело.

Один из разбойников был спасен. (Пауза). Приличный процент.

Сэмюэль Беккет «В ожидании Годо»

Как вы понимаете смысл этой реплики? :)

Из разговора с Фернандо. 

Ф. Как ты борешься с депрессиями?
Я. У меня не бывает депрессий.
Ф. Вообще не бывает депрессий?
Я. Последние два года не бывает. Не могу больше позволить себе такую роскошь. Иначе смерть.
Ф (недоверчиво смотрит на меня).
Я. Может, это и звучит немного странно. Я ведь не из тех людей, которые с ненавистью смотрят в потолок годами, мечтая о том, как было бы хорошо умереть. И всегда делаю все, что хочу.
Ф. !!!
Я. Потому всегда вытаскиваю себя из тоскливого состояния, понимая разницу между серьезной бедой и ежедневными заботами. Ну, конечно, бывают периоды усталости, хождения по кругу, раздражения, марафонского забега с грузом проблем на шее. Я ведь человек. У всех бывают моменты, когда хочется забиться в угол, закрыть голову руками и заплакать, и чтобы никто не видел.
Ф. И ты плачешь?
Я (раздраженно). Я почти никогда не плачу. По крайней мере от бытовых проблем. Я плачу только потому, что сентиментальный идиот, или потому что близкие люди бывают мелочны, эгоистичны и жестоки, или оттого, что кому-то больно, а я не могу ему помочь. Тогда я плачу, да. А кто бы не заплакал на моем месте?
Ф. Как ты борешься с депрессиями?
Я. Понимаешь, я балую себя.
Ф. Это слишком просто.
Я. Обычно я называю это разрешением себе. Позволяю себе расслабиться, забыть обо всем, сделать что-то, что мне нравится делать, отложив все дела в сторону. Например, я много сплю. Или ем мороженое. Или читаю детские книги.
Ф (улыбается).
Я. Это происходит так, как будто живущий во мне взрослый человек дает спрятавшемуся внутри меня ребенку конфету, чтобы тот не плакал и не ожесточался.
Ф (улыбается).
Я. Но когда у этого взрослого человека нет сил, чтобы протянуть руку, плохи мои дела.

"Вот и лето прошло, словно и не бывало.
На пригреве тепло, только этого мало".

Вдруг подумалось, что очень давно не было дневниковых записей, которые создаются для того, чтобы напомнить себе будущей не об исключительности, а о повседневности. Мне все реже удается писать о жизни так, как будто она происходит, а не случается, и это, наверное, неправильно. Буду писать все, что взбредает в голову, а то память почти ничего не держит...

Только что искала подзарядку в сумке и нашла ириски. Мелочь, но настроение слегка поднялось. В холодильнике шаром покати - так происходит всегда, когда живу одна. Проснулась утром с твердым намеренением идти в бассейн, потому что давно не удавалось выбраться, а за окном дождь, крупные капли на стекле, и так свежо, что грустно пятку высунуть из-под одеяла, не то что ступить ею в воду. Вообще, на мои пятки посягает не только холод. В последний раз, когда я была в гостях у Фернандо и рисовала, он будто с ума сошел - вытащил откуда-то фотоаппарат и начал фотографировать мои ноги, руки, лицо. Сказал, не обращай внимания, просто я нахожу тебя parfaite. Я чувствую себя спокойно перед фотоаппаратом, если он не навязчив, но все-таки подобные вещи меня чудовищно утомляют. Тем более, что я-то себя не нахожу parfaite. Все художники немного фетишисты.

Работа в последнее время почти не напрягает, зато я целые дни посвящаю сбору бумаг в префектуру и Сорбонну. Французская бюрократия не уступает русской, разве что у них все поставлено на конвейер. Для продления визы, кроме всего прочего, мне нужно предоставить юридические доказательства того, что за последний год во Франции я занималась делом, а не валяла дурака, а также сведения о приходах-расходах денежных средств. Понимаю, что французы не хотят плодить неимущих в своей стране, но почему бы им не заняться всеми этими бродягами, которые на улице просят у меня денег? Надеюсь, выберусь из засасывающей бумажной волокиты с честью.

Мультфильм Тима Бертона "Номер 9", который мы смотрели в Chatelet les Hales (все никак не могу найти кинотеатр по сердцу, но наверное этот нравится мне больше всего) оказался необыкновенно чудесным. С первых же кадров я посмотрела на Лию сияющими глазами. Не то чтобы сюжет мультфильма был каким-то особо новым, да и машины очень напоминают матричных охотников, но весь этот тщательно прорисованный, необыкновенный мир, в котором механизм становится таким живым, настоящим, и эта застежка с молнией на пузе у 9, и пляшущие близнецы, и кайфующий под магнитом тряпичный великан с железными мозгами, муррр, я была в восторге.

Еще мне понравился фильм Good morning, England. Мне редко нравится комедийное дурашливое кино, похожее на хит-парады, где все вычещено до блеска, хохочет и взрывается, но все эти увлеченные своим делом, стоящие на ушах люди чертовски напомнили лучшие моменты моего студенчества.

Вчера посмотрела еще один фильм - "Грозовой перевал", по роману Эмилии Бронтэ. Когда-то эта книга болезненно кольнула меня, не столько странными хитросплетениями судеб героев (роковое стечение обстоятельств в подобных произведениях играет первичную роль), но чудесным языком, в котором больше живописи, чем литературы. Фильм слишком романтическая история, чем это нужно, но тоже неплох.

Обещалась написать письма Леньке, Даше, Даниле и Вике. Все никак не могу собраться. Иногда по вечерам нет сил, а порой настроения вспоминать. Я пишу письма исключительно по ночам, а теперь ночи все больше отведены сну.

Дождь за окном прекратился.. Буду думать, обходиться ли дальше без еды, или все-таки выбраться на улицу.
Вот уже совсем скоро будет год, как я нахожусь во Франции. Все чаще замечаю, что во мне происходит разделение языков - я часто говорю и думаю на французском, который по-прежнему не идеален во мне, но в повседневности легок, а писать предпочитаю на русском. Тревожусь о том, что забываю родной язык. Забываю родной язык.

Бомба с часовым механизмом
Я всегда знаю, с самого начала, что все мои отношения закончатся так или иначе, и даже в момент самого незабвенного счастья чувствую, как во мне сидит запущенная бомба, с механизмом, отмеряющим оставшиеся нам часы…

Предупредить бога
В чрезвычайных ситуациях просьба предупредить бога, чтобы он успел прийти мне на помощь.

Всем пренебречь
"Я добился всего, потому что не боялся всем пренебречь" (Бальзак). Какие страшные слова.

О возвращениях
Если ты ушла от человека, то возвращаться к нему нечестно, потому что он уже пережил свою потерю. Нельзя дважды войти в одну и ту же реку.

В который раз замечаю, что в правильных, сложившихся семьях, в которых членство определяется не формулой Я+Я, а словосочетанием МЫ, не только наблюдается тенденция одинаковых мыслей, привычек и суждений, стремление посещать вместе вечеринки, мероприятия и магазины, а также иметь «общих» друзей, но и особый пункт – один на двоих адрес электронной почты, в особо запущенных случаях состоящий из сложенных вместе первых слогов мужского и женского имени.

Выкладываю фотографию с концерта индийцев (кришнаитов), на который была случайно приглашена в воскресение. Индия меня интересует давно, Кришна - крайне мало, более того, к этой религии я никак не отношусь и не так много о ней знаю. Но могу отметить, что такие сияющие и одухотворенные лица я видела крайне редко, и только у влюбленных и счастливых людей, у любимых людей, и чаще всего совершенно недолго. Мне кажется, стремление сидеть на двух, а то и трех табуретках, вряд ли увенчается успехом, потому путь в их общество мне заказан, но у подобных людей можно многое подчеркнуть, и не обязательно для этого становиться кришнаитом.

Однажды один профессиональный фотограф сказал мне.
Знаешь, в чем разница между тобой (читаем между строк - дилетантом) и мной (профессионалом)?
Конечно, я знала разницу. Но сказала – а как иначе отвечать на подобные вопросы? – и в чем же? 
В том, - ответил мне мужчина, - что профессиональный фотограф сделает 100 снимков, и 99 процентов этих снимков получатся совершенными. 
Я в тот момент (да и сейчас тоже) понимала под совершенством что-то крайне редкое, недостижимое. Впрочем, эту мысль в моем повествовании можно опустить.
А у дилетанта из 100 снимков хорошим получится всего один, - сказал мне мужчина. – Да и тот совершенно случайно. 
Я так и не рассказала тогда фотографу (да и о чем с ним было говорить, ведь мы были в совершенно разных весовых категориях), что когда-то в детстве меня учили играть в шахматы… 

Перевернем все с ног на голову, отменим то, чего не было, добавим несколько несуществующих элементов и нарисуем следующее. 

Мне надо было ответить ему так:

Знаете, ваша мысль и вправду очень интересна. Более того, она тянет на всеобъемлющее философское объяснение, в чем разница, к примеру, между графоманом и профессиональным журналистом. И, быть может, ваша теория объясняет также, почему графоман и профессиональный журналист так редко становятся хорошими писателями. Простите, но я почти всегда мыслю в категориях литературы. Привычка, понимаете ли… 

Ваша мысль кажется мне и вправду очень важной. Мне тут вспомнилось кое-что. У вас есть время, чтобы послушать одну историю из моего детства?

Когда-то меня учили играть в шахматы. Мне показали, как ходят фигурки, и что такое рокировка, вскользь упомянули сицилианскую защиту и почему королеву называют ферзем, а не дамой. Я играю в шахматы с шести лет.

И что же? – сказал бы фотограф насмешливо.

Я никогда не пыталась играть в шахматы хорошо. Да у меня бы и не получилось по одной простой причине – я крайне рассеянна, да еще и не азартна. Мне нравится сам процесс игры в шахматы, а выигрыш безразличен.

При чем тут фотография? – сказал бы фотограф нетерпеливо.

С самого детства я играла в шахматы со своим дядей. Он играл в них, как бог. Выиграть у него было невозможно. Более того, он никогда не делал скиду на мою неопытность или юность. Он говорил, что поддаваться - неправильный метод воспитания ребенка.

Это все, конечно, очень интересно, - сказал бы мне фотограф, нервно поглядывая на часы.

Однажды мой дядя сказал мне:

Ты все время проигрываешь мне, но никогда не плачешь и продолжаешь играть. Это доказывает, что ты – сильный человек и далеко пойдешь. Потому я открою тебе одну тайну. Можешь думать, что это – легенда, а можешь верить, что так все и было на самом деле.

Однажды один великий русский шахматист проиграл в шахматы маленькому индийскому мальчику. Знаешь, почему?

Мальчик был гений? – спросила я.

Нет. Мальчик почти не умел играть в шахматы. – «Как же он выиграл?» - подумала я. – И как же он выиграл? - спросил дядя, выдержал эффектную паузу и сам же ответил:

Мальчик делал беспорядочные ходы.

Я бы рассказала эту историю тому фотографу, но он, к сожалению, слишком торопился, и наш диалог, который мог бы войти в историю наших с ним взаимотношений, так и не состоялся. Иначе бы я рассказала также и о том, как в возрасте девяти лет после многих бесплодных партий, в которых моему самолюбию и уверенности в собственных силах раз за разом наносились удары, выиграла однажды у дяди, и он поднялся из-за доски и пожал мне руку. И как я была горда тогда.

С тех пор я выиграла у него еще несколько раз.

Я бы рассказала, наверное, этому фотографу-профессионалу и о том, что мой дядя был самым жестоким человеком, которого я когда-либо знала, но именно он научил меня понимать одну простую мысль, в которую я верю даже спустя столько лет – смотреть на мир полезнее, чем читать о том, как другие смотрели на него, но это не значит, что нужно отказываться от чтения. 

Я бы сказала этому фотографу, что одна гениальная фотография, сделанная случайным человеком, не умеющим даже настраивать выдержку, в случайной точке земного шара, равна сотне хороших фотографий, сделанных наметанным, а потому замутненным взглядом, в нужное время и в нужном месте. 

Впрочем, я ничего не сказала ему, да и вообще, я сегодня как будто бы даже не говорю о себе? 

Был в моей жизни еще один фотограф. Его звали Валерий Александрович. Он учил меня фотографировать. Он был ( и остается) одним из замечательнейших старших товарищей в моей жизни. Возраст никогда не был для меня аргументом в споре или попытке научить меня уму-разуму. Более того, я считаю, что категория возраста бессмысленна по своей сути, а порой и вредна для взаимопонимания между людьми. Но это был не тот случай.

За время нашего знакомства Фотограф сделал мне всего два замечания.

- Зачем ты обрезала ему голову? – сказал он как-то, когда мы с подругой пришли к нему домой показать отснятые работы и выпить чаю с шоколадкой.
- Она не полностью влезла в кадр, - ответила я.
- А ноги? Зачем ты обрезала ноги?
- Они портили общую картину… Вы же сами сказали, что основная задача фотографа – отсекать все то, что не должно быть на фотографии?

Второе замечание Валерий Александрович сделал мне около двух лет назад, когда мы случайно столкнулись в университете. Я бежала по своим делам, а он по своим. мы очень давно не виделись.

Он остановился и начал что-то говорить мне, расспрашивать о моей жизни, рассказывать о какой-то фото-выставке.

У меня тогда был проколот язык -  в него была вставлена огромная штанга. Десять уколов обезболивающего и иголка – и вот уже около недели я картавила и шепелявила.

Впрочем, моему французскому это тогда не мешало. Скорее, наоборот. А вот целоваться с серьгой в языке было странно и больно.

И тут Валерий Александрович сделал мне второе важное  замечание. Он воскликнул: «А это что еще за глупости! Вытащи изо рта эту дрянь!»

Заметила за собой три трусливых проступка. А я ведь всегда до того - напролом. Мне всегда казалось, что если чего-то боишься или очень не хочешь делать, то надо это сделать вопреки себе, даже если и не очень-то важно и можно через себя переступить.

А вот ведь.

Первая трусость (да и трусость ли?) - откладываю разговор с домом. Давно уже должна позвонить, чтобы сообщить, что вернулась, и каковы новости. А не могу. Потому что по ходу дела возникла проблема, которая все перечеркивает из моих ближайших планов на жизнь. Ну не могу я сказать - у меня неудача. Не привыкла я к неудачам. (Или просто не помню о них?)

А потому - не звоню. Конечно, могу позвонить хоть сейчас и все рассказать. Но не могу. Пока сама не решу проблему и не скажу, что ситуация как всегда полностью под моим контролем или будет под контролем в будущем. И так я перед отъездом сорвалась и устроила истерику, как мне плохо, а это просто недопустимо. Потому что мои стареют, и рано или поздно, но я стану главой семьи, и буду принимать решения за всех. Не имею права истерить и быть маленькой девочкой, которую гладят по головке и говорят - все когда-то начинают, у всех в начале пути сложности с деньгами, людьми, выбором возможностей и самоопределением.

Тьфу.

Вторая трусость. Один из очередных моих знакомых. Хороший парень. Но проблема в том, что мы совершенно с ним не пересекаемся в интересах. И даже в языках. По-французски он не говорит, а мой английский куда-то испаряется. Я начинаю вставлять французские фразы вместо английских. Я по-прежнему читаю и понимаю, но не ГОВОРЮ почти. "Мы говорим на разных языках, ты свет весны, а я усталый холод". Это о нас. Вчера я брякнула, что мы вряд ли можем быть близкими друзьми. Расстроился человек ужасно и все пытался мне доказать, что я чего-то не понимаю в дружбе. Или в отношениях между мужчиной или женщиной. Или еще в чем-то. В общем, я утешила и пустила все на самотек. А ситуация становится тревожной. Не могу же я все время отговариваться делами и вообще нагло лгать, чтобы не встречаться?

Третья трусость. Вместо того, чтобы решать проблему или думать о ней, я сегодня рано утром сделала все текущие дела. И уснула на полдня. Вот так я "засыпаю" неприятности.

А вообще, несмотря на все, я по-прежнему счастлива. Как будто море по-прежнему со мной. За окном дождь. У меня темные загорелые руки и лицо. Солнце со мной. Солнце во мне.

Господи, помоги мне не расплескать это ощущение...

Все-таки, как приятно после душа закутаться в халат и полотенце, а потом, когда немного обсохнешь, расхаживать по дому голой. Тело дышит, чувствуешь себя так легко и свободно... К сожалению, не все живущие со мной люди способны это понять и принять. А жаль.

Мы все время скрываемся, кутаемся в одежды, даже когда совсем в них не нуждаемся, даже когда никто не видит. Вторая кожа, маскировка, защитный механизм против мира - все дела...

Иногда так хочется почувствовать себя свободной. Просто дышать - и все.

Два сдерживающих фактора моей любимой привычки.

1. Вопросы приличия - видимо, я совсем не умею себя вести прилично, раз так часто набиваю себе синяки об эти краеугольные камни.
2. Холод. Зимой так ходить зябко. Да и летом - иногда тоже.